Черкесы, тувинцы, осетины и другие самые храбрые народы России. ФОТО

Бескрайние просторы России всегда заселяло множество народов. Воинственным и непокорным, им тяжело было уживаться рядом. Отвоевывая друг у друга земли, они оттачивали свои боевые качества.




Русские 



Суровый климат, обширные территории и бесконечная череда завоевателей выковали у русских огромную силу воли и упорство в достижении побед. «Русские часто шли в атаку на наши пулеметы и артиллерию, даже когда их атака была обречена на поражение. Они не обращали внимания ни на силу нашего огня, ни на свои потери», – вспоминал немецкий генерал Первой мировой войны Антон фон Позек.

Четверть века спустя другой немецкий генерал Гюнтер Блюментрит дополнил своего соотечественника: «Русский солдат предпочитает рукопашную схватку. Его способность не дрогнув выносить лишения вызывает истинное удивление. Таков русский солдат, которого мы узнали и к которому прониклись уважением». Писатель Николай Шефов в своей книге «Битвы России» приводит статистику войн с XVIII по XX столетие, в которых участвовала Россия. Согласно автору, за 250 лет русская регулярная армия из 34 войн выиграла 31, из 392 сражений победила в 279. В подавляющем большинстве сражений русские войска уступали своим противникам в численности. 

Балтийские немцы 



В XII веке вслед за ганзейскими купцами на восточный берег Балтики пришли крестоносцы. Главная цель экспансии – завоевание и крещение языческих народов. В 1224 году немцы захватывают основанный Ярославом Мудрым Юрьев, а созданный вскоре ими Ливонский орден на долгое время станет одной из главных угроз для западных рубежей Руси. Потомки ливонских пленников Ивана Грозного с начала XVII века активно привлекаются для формирования «полков иноземного строя». В конце XVIII века вместе с остзейскими дворянами в русскую армию приходит прусская дисциплина, вышколенность и доведенная до автоматизма боевая выучка – то, что вдохновило Павла I на военные реформы. Многие из остзейских немцев на русской военной службе достигают карьерных высот. Например, выходец из старинного эстляндского рода Карл фон Толь. Этому талантливому штабному генералу принадлежит план войны с Наполеоном, именно он разработал оперативный план Бородинского сражения. Позднее Толь руководил успешными операциями в ходе русско-турецкой войны 1828 -1829 годов. Еще одним знаменитым остзейцем был Барклай-де-Толли. «Тактика выжженной земли», которая использовалась генералом во время войны с Наполеоном, вызывала протест у русского поместного дворянства, но именно она во многом предрешила исход военной кампании. Перед русско-японской войной доля генералов немецкого происхождения в генералитете русской армии составляла 21,6%. На 15 апреля 1914 года среди 169 «полных генералов» было 48 немцев (28,4 %), среди 371 генерал-лейтенанта - 73 немца (19,7 %), среди 1034 генерал-майоров - 196 немцев (19%). Большой процент офицеров немецкого происхождения был в Лейб-гвардии Конном полку, в который, по традиции, набирались в основном прибалтийские (остзейские) немцы. Другими известными балтийскими немцами в русской армии и флоте были П.К. Ренненкампф, Е.К. Миллер, адмирал фон Эссен, барон А. Будберг, генерал Н.Э. Бредов. Особняком в ряду балтийских немцев стоит барон Унгерн фон Штернберг. Исключительно решительный, пренебрегающий опасностями, еще на фронтах Первой мировой войны он снискал себе славу героя. Во время Гражданской войны армия под командованием генерала Унгерна стала одной из главных угроз для Советской России. Имя барона Унгерна особо памятно в Монголии: во многом благодаря полководческому таланту генерала эта страна смогла отстоять свою независимость от Китая. 

Черкесы 

 


Уже самоназвание черкеса – «адыг» – означает «воин». Весь уклад жизни адыгов был пронизан военным бытом. Как отмечает писатель А. С. Марзей, «такое состояние их жизни в постоянной готовности к защите и бою, выбор менее уязвимого места для поселений и временных стоянок, мобильность в сборах и передвижении, умеренность и неприхотливость в пище, развитое чувство солидарности и долга, вели, конечно, к милитаризации». Наряду с другими закубанцами черкесы оказывали самое ожесточенное сопротивление русской армии в период Кавказских войн. Только спустя столетие Россия смогла покорить этот гордый и воинственный народ. С пленением Шамиля смиряется и самое могущественное племя западной Черкесии – абадзехи. На протяжении столетий черкесы создали особую военную культуру – «Уорк Хабзэ», выделявшую их среди соседей. Неотъемлемой чертой этой культуры было почтительное отношение к противнику. Черкесы не жгли дома, не топтали нив, не ломали виноградников. Восхищения заслуживает и забота черкесов о раненых или павших товарищах. Несмотря на опасность, они среди боя мчались к погибшему, только чтобы вынести его тело. Придерживаясь рыцарского кодекса чести, черкесы всегда вели открытую войну. Сдаче в плен они предпочитали смерть в бою. «Одно могу похвалить в черкесах, – писал астраханский губернатор Петру I, – что все они – такие воины, каких в здешних странах не обретается, ибо, что татар или кумыков тысяча, тут черкесов довольно двухсот». 

Вайнахи 



Существует гипотеза, согласно которой древние вайнахские народы заложили основы сарматского и аланского этноса. Нам вайнахи известны в первую очередь как чеченцы и ингуши, которые оставили в истории не менее яркий след, чем их грозные предки. Во время нашествия орд сначала Чингисхана, а затем Тимура отошедшие в горы вайнахи сумели оказать им героическое сопротивление. В этот период вайнахи довели до совершенства свою оборонительную архитектуру: высящиеся сегодня в горах Кавказа сторожевые башни и крепости – лучшее тому подтверждение. Интересное описание вайнаха встречается в дневнике русского солдата, попавшего в плен к горцам во время Кавказской войны: «Это поистине зверь, отлично оснащенный всяким боевым оружием, острыми когтями, могучими зубами, прыгающий как резина, как резина увертливый, уносящийся с быстротою молнии, с быстротою молнии настигающий и разящий». 

Осетины 



В пестрой этнической родословной осетин отчетливо вырисовываются воинственные ираноязычные племена Северного Кавказа: скифы, сарматы и аланы. В отличие от других кавказских народов, осетины довольно рано налаживают отношения с Россией. Уже в середине XVIII века руководитель осетинского посольства в Петербурге Зураб Магкаев заявляет о готовности выставить армию численностью в 30 тыс. человек для участия в военных действиях против Ирана и Турции. Преданность, отвага и доблесть – черты, которые наиболее точно характеризуют осетинских воинов: «Осетины особенно бесстрашны и закалены как спартанцы. Договариваться с ними – политическая необходимость»,– пишет в своих записках русский драматург Михаил Владыкин. Генерал Скобелев отмечал, что если осетины и бывают последними, то только при отступлении. 

Калмыки 

Неотъемлемой частью жизни калмыка была его физическая подготовка. Так, национальная борьба «ноолдан» тренировала у молодежи силу, выносливость и несгибаемую волю к победе. Во время праздника Цаган Сар калмыцкие юноши сходились друг с другом в настоящей «рубке», правда, используя вместо сабель плетки. Такие забавы впоследствии делали калмыцких воинов непревзойденными «рубаками». Особое место у калмыков занимало умение контролировать отрицательные эмоции, что позволяло им накапливать физические и моральные силы. Во время боя воин-калмык входил в особое состояние духа, при котором не чувствовал ни боли, ни усталости, а силы его словно удесятерялись. С XVII века калмыки демонстрируют свое воинское искусство, защищая рубежи Русского царства: иррегулярная кавалерия Калмыцкого ханства принимала участие во многих войнах, которые вела Россия на протяжении XVIII столетия. 

Тувинцы 



Этот немногочисленный скотоводческий народ во время Великой Отечественной войны демонстрировал чудеса стойкости и храбрости. Неслучайно немцы называли тувинцев Der Schwarze Tod – «черная смерть». Из 80-тысячного населения Тувы 8 тыс. человек сражались в рядах Красной Армии. Воевавшая в Галиции и Волыни Тувинская кавалерия без преувеличения произвела неизгладимое впечатление на немецкие войска. Пленный офицер вермахта на допросе признавался, что его подчиненные «подсознательно восприняли этих варваров как полчища Аттилы и потеряли всякую боеспособность». Нужно отметить, что тувинским кавалеристам воинственности добавлял их внешний вид: на маленьких лохматых лошадях, одетые в национальные костюмы с диковинными амулетами, они бесстрашно неслись на немецкие части. Ужас немцев усиливал и тот факт, что тувинцы, приверженные собственным представлениям о воинских правилах, принципиально не брали противника в плен, а при явном превосходстве врага стояли насмерть.

Отправить комментарий

Содержимое этого поля является приватным и не будет отображаться публично.
CAPTCHA
Этот вопрос задается для того, чтобы выяснить, являетесь ли Вы человеком или представляете из себя автоматическую спам-рассылку.
2 + 14 =
Решите эту простую математическую задачу и введите результат. Например, для 1+3, введите 4.