Настоятель иркутского Михаило-Архангельского Харлампиевского храма о. Евгений (Старцев): Путешествие на Аляску - Русскую Америку

Настоятель иркутского Михаило-Архангельского Харлампиевского храма отец Евгений (Старцев) рассказывает о морском крестном ходе в Русскую Америку, об Аляске, её жителях и судьбе русского народа.

Всякий русский – путешественник. Всякому русскому человеку хочется посмотреть за горизонт. Но если оставить романтику, то задач у нашего путешествия было несколько. Одной из них было сильное желание пройти путями, которыми ходил адмирал Колчак. Этот незаурядный человек был не только офицером, но и полярным исследователем. Однажды, в начале XX века он искал экспедицию Толля, потерянную в районе Новосибирских островов. Важно было найти следы этой экспедиции, и Колчак отправился в совершенно немыслимые, тяжёлые условия Северного ледовитого океана, вдали от материка. Александр Васильевич тогда справился с задачей и, вернувшись, венчался в нашем храме, кстати, построенном, в своё время, на средства мореплавателей. Иркутск ведь всегда был морским городом, был столицей Империи на востоке нашей страны и серьёзной опорной базой. Всё что связано с востоком России – всё проходило через этот город. Поэтому и дело освоения Америки нам всем, безусловно, близко.

Ещё более важной причиной, лично для меня, была деятельность святителя Иннокентия Вениаминова. Это был великий из великих миссионеров, один из самых замечательных, что когда-либо трудились на ниве просвещения народов. И он тоже родом из Иркутска, служил в нашем городе. Он прослужил 45 лет в разных местах на востоке России, в том числе на американском материке. Его епархия по территории была больше, чем вся Европа. А в каких широтах всё это проходило! Арктика, Дальний Восток, дикие, неисследованные территории: ни карт, ни навигаций, ни дорог. Но он отправился туда с миссией просвещать этих алеутов и тлинкитов. И эта миссия была исключительно успешна, самая успешная из всех, что Русская православная церковь когда-либо осуществляла.

Ну и вообще, мне всегда было очень интересно – что такое Америка. Как мы её приобрели, и почему, в конце концов, так бездарно потеряли – продали. Были проведены две международные научные конференции, организовано исследование этого вопроса на серьёзном научном уровне, при участии ведущих специалистов России, в том числе из Академии наук. Вопрос продажи полуострова был исследован со всех сторон: с исторической, духовной, идеологической, культурологической. Оставалось отправиться туда самому.

Но полететь на самолёте слишком просто – насобирал денег и полетел. А пойти на кораблике, на каком-нибудь утлом судёнышке длиной 9,5 метров, под парусом – совсем другое дело. Мы вышли в море 7 июля. Три человека – вот и весь наш экипаж. Я человек совершенно не морской и всё тогда для меня было вновь. Оставив Берингов пролив на западе, мы медленно шли южным побережьем. Влияние северных арктических ветров там уже не так существенно, да и время для отплытия мы выбрали самое подходящее, поэтому было не слишком холодно. Наше путешествие мы назвали «крестным ходом».

Пересекая океан, первым делом зашли в Уналашку – первый остров, где на протяжении восьми лет служил святитель Иннокентий. Построенный им храм стоит до сих пор. Нужно было увидеть всё это. Нужно было пойти, понять, чем живёт народ теперь и где эти православные. Через некоторое время наше маленькое судно пришло в Кадьяк. И когда мы, причалив, усталые зашли в американскую церковь, где естественно службу проводят на английском, я, неожиданно для себя, почувствовал себя как дома. Смотрю, вот висит икона, которую подарил этому храму святитель Иннокентий Вениаминов, вот лежат мощи Германа Аляскинского. Люди – они не могли со мной общаться, ведь они не знают русского языка, а я только серьёзно напрягаясь, мог хоть как-то с ними говорить. Но мне там было очень комфортно, я вдруг ощутил, будто это вообще наша епархия. Я думаю, это благодаря святителю Иннокентию.

Одноимённая столица острова – довольно крупный населённый пункт, но по американским меркам городишко совсем небольшой. И вот там нужно было и хотелось везде побывать, увидеть как можно больше. Программа у нас была насыщенная, я бы даже сказал напряжённая. Но всё как-то успевалось: и совместную службу провести, и с людьми пообщаться.

Вообще на Аляске церковная жизнь идёт, несмотря на то, что Россия, казалось бы, уже забыла о своём долге перед её жителями. Действует множество семинарий, приходов, епархий. Ведь местное население, проданное императором Александром Вторым вместе с землёй, практически всё было крещёное. Хоть русских там было всего около 2500 тысяч, а местных гораздо больше, все они были людьми верующими и, безусловно, ими остаются. Правда время, конечно, сыграло свою роль, и не все остались тверды в вере. Но и сегодня там очень много верующих людей, храмы всегда полны.

Но, к сожалению, русской культуры там практически не осталось. Менталитет не чувствуется. Ведь прошло много лет, произошла серьёзная замена, глубокая ротация. И потом, надо иметь ввиду, что американцы очень сильно старались. Старались вытравить в алеутах, эскимосах эту тенденцию – любить всё русское. Очень старались. Они закрывали храмы, противодействовали всему, что касалось России и русского.

Но совсем вытравить им не удалось. Там сейчас, например, полно русских лавок. Туристы прибывают каждый день и всё скупают, сметают начисто. Русская тема там – единственная интересующая кого-либо тема. И ещё, они до сих пор гордятся, знаете, чем? - Сколько в ком бежит русской крови!

Побывав в нашей Русской Америке, могу сказать, что сделал для себя несколько серьёзных открытий, в том числе и религиозных. Как ни странно, там, на Кадьяке, есть община в честь святителя Иннокентия Вениаминова, организованная американцами. Её основатель – отец Паисий, бывший протестант, итальянец по крови. Когда-то он принадлежал к числу евангелистов, в 80-х годах организовавших сильное движение по катехизации и просвещению американского народа. Таких, как он, было около двух тысяч человек. Они разбивались по двое и ходили проповедовать по всей Америке. Причём в самых злачных, тяжёлых и мрачных местах. Они были как апостолы. Сам отец Паисий был и остаётся человеком пытливым, и потому со временем перешёл в православие. Что интересно, не он один: из тех двух тысяч американских протестантов – тысяча перешла в православие. В итоге, отец Паисий, крестившись в православную религию, взял семью и уехал на Аляску. Из благополучной, солнечной Калифорнии переехал в обдуваемый ветрами, дождливый Кадьяк. Организовал там общину, состоящую из молодых людей, которые теперь живут православной жизнью, но в прошлом, что называется «на материке» имели много проблем. Кто бывший наркоман, кто был связан с криминалом... Они об этом не говорят, а спрашивать не имеет смысла. Самое главное, что через православие, эти американцы стали совсем другими людьми, верующими людьми. Надо было видеть и знать их прежде. Как отрадно было увидеть, что благодаря святителю Иннокентию, ведь общину назвали его именем, все эти люди так преображаются. Видеть, как они воспринимают наше православие, насколько им всё это близко и дорого.

Всё-таки, что-то неуловимое, русское на Аляске осталось. Несколько лет назад там была губернатором Сара Пэйлин, видный член Республиканской партии. Так вот, однажды, выступая с речью, она сказала: «Господа американцы, Аляска никогда не будет американской, она всегда будет русской»…

В этом мистика. В этом глубокое содержание того, что оставили люди, которые были там за 200 лет до нас. Они намолили эту землю, они пролили там свою кровь. Поэтому это русская Америка и продавать её было абсолютным преступлением по отношению ко всем нам с вами. Это было неслыханнейшее преступление во всей истории России.

Пусть говорят, что угодно. Что тогда не понимали, насколько это важно, что на тот момент важнее было сохранять и распространять влияние в Европе и на западном побережье Тихого океана. Да, интересы в Европе для нас тогда были важнее. Но империя живёт не сиюминутными интересами. Пытаются оправдываться тем, как было сложно содержать и развивать Аляску, что расходы на неё не сопоставимы её потенциальной пользе. Но всё это бред. Ну и что? Напрягитесь! Соберитесь! Мне сложно говорить за людей, которые прогуливали на балах столько денег, что можно было содержать три таких кампании, как Русско-Американская.

Другой вопрос, это то, какие задачи ставила тогда перед собой русская аристократия. Если она начала торговать русскими землями, конечно, через 50 лет ей пришёл конец! Чему удивляться?  Ровно через 50 лет Америка заказала русскую революцию, и Лейба Бронштейн приехал со своими двустами боевиками и полными карманами денег устроить здесь террор. На чьи деньги? Не на те ли деньги, которые были добыты в Аляске на промысле золота. Которым, кстати, русские купцы гнушались. Русские знали, что на Аляске есть золото, но они не брали его, так как считали, что оно не принесёт в их жизнь ничего хорошего. Они ждали от этого беду. Поэтому они били пушнину, и всё. Ладно, нефть, газ. Не знал никто о них, но они и не были тогда востребованы цивилизацией. А золото-то было, но русские купцы не брали его из принципа. А если бы начали брать, да свели концы с концами? Во что превратилась бы эта несчастная Америка?

Берингов пролив был бы сейчас внутренним проливом. Весь Северный путь был бы внутренним Северным путём. Шельф! Представляете, какой бы мы получали шельф? С нами бы сейчас не спорил никто. Канада бы там имела какую-то малость. А Америка не имела бы вообще ничего. И Америка не была бы теперь Америкой, если бы она не получила Аляску.

Поэтому, ничем нельзя оправдать продажу. Придумать оправдание можно, но оправдать не получится. Это была страшная русская глупость. Но мы не будем сейчас страдать. Мы просто должны понять, что нельзя торговать Родиной. И мы никому этого не простим. Ни императорам, ни кому-то ещё. Пусть их апологеты придумывают какие угодно придумки, оправдания – это их вопрос. У меня есть семья, Родина. Почему я ими торговать должен? А завтра они продадут Сахалин с Камчаткой?

Сейчас вот «москали», которые живут интересами Садового кольца, скажут: мы не можем удержать Сибирь, она ни к чему, давайте её китайцам в аренду сдадим. И такие уже разговоры ходят. Вот что делать? Чтобы понять эти настроения, нужно открутить колесо истории назад, посмотреть, что там было. Где ошибки и к чему они привели? Очень важно сейчас говорить об этом.

Ведь почему одни должны проливать кровь за Родину, а другие могут себе позволить этой Родиной, вместе с кровью, отданной за неё, торговать? Если бы Аляску у нас отняли, мы бы пришли и вернули её. Но проданного не вернёшь. Какая разница получили или не получили мы эти деньги? Кто сейчас об этом узнает? Подписались. Все прекрасно знали, что то, что у русских отнимают, они возвращают, и возвращают с лихвой. Но если русские продают… кто они? Они не русские даже после этого. Какие они русские? Никогда русские землёй не торговали. Никогда. Единственный факт нашей истории, приведший к катастрофе вселенского масштаба.

Взять и продать русскую землю. Землю с живущими на ней свободными православными людьми. Как это оценить с духовных позиций? Ведь это неслыханно! Для русских это нонсенс. Никогда такого не было. Мы только собирали, мы воевали за нашу землю, за людей, мы проливали кровь! Русские никогда не считали кровь. Иначе мы бы не были русскими. Мы были бы какими-то крохоборами. Потому что русский отдаст всё. Потому что он живёт не ради того, чтобы успеть что-то здесь. Он живёт ради Царствия небесного. А оно окупается только кровью. Господь пролил свою кровь, не считая её.

Я много размышлял обо всём этом. Исследовал. Попробуйте как-нибудь развернуть карту и вглядеться в названия. Проливчики, речки, отмели, сопки, горы, вулканы – у всего русские имена. Русские везде: они поднялись на эти горы, прошли этими реками, проливами, нанесли это на карты. Как продать? Возьми, мать продай. Вот и я, вглядевшись, вняв зову сердца, понял, что нельзя было нам перелететь океан. Надо было его пройти так, как ходили они. И теперь я могу сказать: да, я понимаю этих людей.

Надо там бывать. Надо всё это видеть и исследовать, чтобы понять, кто мы, наследниками чего мы являемся. Я не знаю, смогу ли я снова перейти океан. Я просто знаю, что есть страна, которая принадлежит лично мне. Духом – она моя.

И ещё. Америка будет нашей всё равно. И пусть сейчас это американская юрисдикция, пусть там куражатся. Но всё само придёт, даже воевать не придётся. Это можно назвать войной Духа. Духа и идей. Потому что, где дух, там и идеи. Духа нет – идей тоже нет. Когда русские начинают обретать дух, они начинают генерировать совершенно непобедимые идеи. И как только этот дух начинает торжествовать в этом народе, он становится непобедимым. Перебить то, конечно, можно. Победить нельзя.

Материал подготовила Анна Скок


Отправить комментарий

Содержимое этого поля является приватным и не будет отображаться публично.
CAPTCHA
Этот вопрос задается для того, чтобы выяснить, являетесь ли Вы человеком или представляете из себя автоматическую спам-рассылку.
4 + 8 =
Решите эту простую математическую задачу и введите результат. Например, для 1+3, введите 4.